Главное меню
Страница 4 из 12«1234561112»
Главный форум города Мозыря, Гомельская область. Беларусь. » Болталка » Литературный закуток » Литературным дарованиям нашего города (Раскрываем в себе таланты в литературе)
Литературным дарованиям нашего города
Имперец
Редакция
Группа: Редколлегия
Сообщений: 292
Награды: 9
Репутация: 267
Статус: Offline
 
Quote (tok73)
Ещё раз извиняюсь, я не критик, просто мысли вслух

Благодарю за доверие. уважаемый tok73. Пока я подожду результатов обращения к администрации. Пропиарился я уже достаточно, пора и честь знать...

Добавлено (14.03.2011, 13:11)
---------------------------------------------
Посвящается Петру Тименскому, механику-водителю Т-34-85, бортовой номер 713.
Дизель зарычал, как разбуженный в берлоге медведь, и стряхивая с себя уже подсохшие ветки я осторожно стал выбираться из капонира. Осторожно трогая траками влажную землю медленно стал выруливать к стоящим коллегам. Я — танк, новенький «Т-34», мне всего месяц, и сегодня мой первый бой. Я — победитель, мне никто не страшен. Я лучший танк всех времён и народов, и мой экипаж самый лучший. А что, я подрагиваю, стоя в строю, так это от работающего на холостом ходу движка. Мне не страшно, я победитель!
Ракета взмыла в воздух, как-то неожиданно, и только мерзкий скрежет включённой передачи, заставил меня оторваться от распускающегося в небе красного цветка. Ну что ты делаешь!! Зубья на шестернях крошатся, от такой манеры!! А ты видел тех, кто их точит на станках? Часть меня помнит эти почти прозрачные лица. Эти ящики, чтобы подростки доставали до станков. Ты подумал о них? Но поздно, соляр уже впрыснулся через форсунки и дизель рванул меня вперёд. Вперёд, на врага!
Точнее, точнее стреляй, мазила криворукий! Ещё один восьмидесятипятимиллиметровый в «молоко»! Куда ты целишь? Правее, правее надо. Давай приторможу, чтобы ты наконец-то попал. Ай! По броне простучала пулемётная очередь, как весенняя капель скороговоркой. Никогда бы не подумал, что это так шикотно. Только краску поцарапали. Хорошо, стрелок, хорошо! Не забывайте ребята, у меня ещё два пулемёта есть. Вот, чёрт! Осторожнее надо! Я же не асфальтовый каток, колючую проволоку ровнять. Она же в траках застревает!! Неприятно…
Кто?!! Кто попал в моего соседа?!! Ничего не вижу, всё дымом заволокло… Вперёд, вперёд! Нельзя стоять. Ага!! Попался сволочь, ишь ты какой низенький. Прям по земле стелется, как подлая змея. Ну ничего, вот тебе подарок от меня, болванка аккурат в бок легла, вон как задымился. Впрерёд, немного осталось. Совсем чуть-чуть…
Я рывком вскочил с постели. Болела грудь, как болела лобовая броня, куда угодил бронебойный, выпущенный «Тигром». Я, или нет, танк успел заметить, его угловатую башню, и яркую вспышку на срезе ствола. Стоя у окна, и невидящими глазами смотря на отблески рассвета на пузиках облачков, я курил сигарету за сигаретой и растирал левую сторону грудины. Как рвалась броня, какая жгучая обида и стыд бушевали в танке. Он не смог! Он не смог спасти, защитить свой экипаж. Не-е-ет!!! Этого не может быть!!! Он — танк, он самый сильн….

volvo
Группа: Удаленные
 
Quote (Имперец)
СКАЗКА ПУЩИ

Имперец, не знаю как ты это делаешь но сказка твоя похожа на нашу ситуацию со страной,может так хоть до людей дойтет осознание действительности,на мой взгляд ты избрал самый верный путь продвижения идей в массы,особенно когда эти массы так любят сказки.
МОЛОДЕЦ
Имперец
Редакция
Группа: Редколлегия
Сообщений: 292
Награды: 9
Репутация: 267
Статус: Offline
 
volvo. Благодарю, честное слово, удивили. Что ж я такого написал?

Мираж?
Любителям литературы постапокалипсиса посвящается.

И я видел, что Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырех животных, говорящих как-бы громовым голосом: иди и смотри.
Стило поставило точку, и легло на папирус, отбросив тень затопившую буквы. Старый человек поправил фитиль в лампе, и невидящими глазами посмотрел в теплую черноту ночи. Всё было не так, но разве мог он рассказать о том, что видел в пустыне давным-давно…
Караван стоял под ослепительным солнцем, и никто не мог даже шелохнуться. Хотя все хотели только одного, бежать. Бежать, не оборачиваясь, воя от ужаса, и не разбирая дороги. Пусть непонятны были картины, показываемые невесть кем, но одно было понятно. Это картина Смерти, той смерти, после которой не бывает н-и-ч-е-г-о. К небу вздымались смерчи, лениво расползающиеся в облака. Падали звёзды… Рука вновь схватила стило. Да, так, это будет понятно…
И звезды небесные пали на землю, как смоковница, потрясаемая сильным ветром, роняет незрелые смоквы свои;
И небо скрылось, свившись как свиток; и всякая гора и остров двинулись с мест своих;

С неба опускался жирный пепел, это был пепел сгоревших заживо людей. Но грузно плюхались на землю железные коробки, с бешено крутящимися веслами на крышах, и выбегали оттуда звери в сверкающей железной коже, с ручной смертью в лапах. И пускай…
И цари земные и вельможи, и богатые и тысяченачальники и сильные, и всякий раб и всякий свободный скрылись в пещеры и в ущелья гор,
Но и туда врывались нелюди и несли смерть с собой, и не оставалось живого после них. Чернели личины, скрывающие их лица, и круглые коробки по бокам морд не давали увидеть их рты. С чем можно сравнить эту напасть, если только…
И из дыма вышла саранча на землю, и дана была ей власть, какую имеют земные скорпионы.
На ней были брони, как-бы брони железные, а шум от крыльев ее — как стук от колесниц, когда множество коней бежит на войну.

Старец опять отложил стило, и закрыл лицо руками. Жизнь его подходила к концу, и он молил только об одном. Успеть. Успеть написать откровение. Успеть передать свой ужас. Своё понимание. Вспомнить как падали смертоносные звёзды в воду и…
Имя сей звезде полынь; и третья часть вод сделалась полынью, и многие из людей умерли от вод, потому что они стали горьки.
Как в ужасе бежали волны от звёзд сих, как рушились они на берег, и отступали снова, унося с собой царства, города, и людей… Унося с собой, во мрак небытия.
Кто показал ему эти миражи? Кто дал ему знание, что это может случиться? Никто не знает, но он обязан рассказать об этом. Обязан, чтобы люди поверили, чтобы они смогли не допустить этого. Да поможет им Бог, а мы — люди, поможем ему.

leray
Группа: Удаленные
 
volvo, так у тебя воображение похлеще будет biggrin , чем у Имперец. я, когда читала, представляла себе партизанов во время войны. а ты?
volvo
Группа: Удаленные
 
Quote (Имперец)
volvo. Благодарю, честное слово, удивили. Что ж я такого написал?

везде в ваших творениях проскальзывает мысль - надо обьединяться.
это как в сказке про веник.
volvo
Группа: Удаленные
 
Quote (leray)
я, когда читала, представляла себе партизанов во время войны. а ты?

а я людей на площади(мишка,волчек,барсук,бобер,дед с бабой ивнучка и др.) и всю остальную страну(пушчу)
Имперец
Редакция
Группа: Редколлегия
Сообщений: 292
Награды: 9
Репутация: 267
Статус: Offline
 
Quote (volvo)
это как в сказке про веник.

Очень хорошая мысль. И сказка хорошая, та что про веник.

Добавлено (15.03.2011, 00:45)
---------------------------------------------
Гримаса Хроноса Злобная пародия на "попаданческое" фэнтези
Любые совпадения имён собственных, ников собственных и заимствованных, времён года, географических координат, et cetera, et cetera, являются непреднамеренной случайностью. Иски в суд о возмещении морального, материального и физического и/или псионного ущерба не принимаются в любое время и в любой точке нашей Вселенной.
Академик (имя и фамилия удалены по соображениям безопасности) невольно поморщился, слушая стартовый отсчет. И чего он послушался этих вояк, которые притащили команду с космодрома? Как же… «Соображения национальной безопасности. Исторический шаг»… Слушай теперь эту белиберду:
— Сто двадцать, сто девятнадцать, сто восемнадцать. Отошла кабель-мачта…
От капсулы действительно отошла девушка в белом комбинезоне, и потащила в угол жгуты проводков. «Странное имя» — удивился академик, но тут же забыл об этом.
— Сто семнадцать, сто шестнадцать… Продувка, ой, не то… Промывка? Чего? А-а-а, нали… — микрофон отчетливо щелкнул и в зале воцарилась тишина. Впрочем ненадолго, кто-то включил метроном, и вздохнувший с облегчением академик погрузился в свои гениальные думы. Давным-давно он высказал гениальную мысль о возможности путешествия во времени. Мысль была особенно гениальной, так как для страны пришло время платить по кредитам. Платить было неохота, и возможность полностью поменять историю пришлась ко двору. Были взяты очередные кредиты, причём банкиры были поражены ехидными улыбочками высоких договаривающих сторон с легкостью соглашающихся на грабительские проценты. Тогда же из студентов-историков были отобраны Испытатель и его дублеры. И вот десять лет позади, сегодня решающий момент.
Динамик вновь ожил:
— Пять, четыре, три, два, один! Пошла, э-э-э, пошёл родимый, кхе-кхе. Да дайте же огу…
Воцарилось тишина, но академик проморгавшись от яркой вспышки, не скрывая слёз, все смотрел и смотрел на опустевшую капсулу. В голове была только одна мысль, «Когда же, когда волна изменений дойдёт до них?»
По плечу деликатно похлопали. Академик обернулся и с недоумением посмотрел на троих людей в незнакомой форме.
— Вы арестованы. Вот международный ордер на ваш арест. Прошу не оказывать сопротивления, и проследовать за нами.
— Кто вы? У меня, в конце-то концов защита моего правительства. И вообще, в чём меня обвиняют?
— Вы обвиняетесь в преступном хищении кредитов МВФ на общую сумму в сто миллиардов долларов. Согласие вашего правительства получено, вот подпись на ордере. А мы являемся международными аудитполицейскими МВФ. Вы можете хранить молчание, любое ваше слово может быть использовано против вас. И не оглядвайтесь, по уточненным данным, любое вмешательство в прошлое образует параллельную реальность.

Добавлено (15.03.2011, 00:47)
---------------------------------------------
Воспитанник волхва Ивашка грустно смотрел на большой мухомор, и размышлял, срезать его или просто пнуть ногой. Срезать не хотелось, надо же было при этом читать гимны из священной книги, и не просто читать, а с выражениями, и соответственными позами. Позы были охальными, и честное слово, Ивашка сильно подозревал, что эти позы нарисовал второй ученик волхва, широко известный в девичих светёлках Кыд. А потом ещё и нож надо мыть в воде ключевой, чистой и безгрешной. И спрашивается, зачем пресветлому волхву мухоморы? Он же ими брезгует, и всегда именует — «заморская зараза». После того как он перед волхованием пробовал курить те листья, что привёз в подарок ушкуйник Спесь, то стал очень настороженно относиться ко всему иноземному. Листья-то ему понравились, но вот предки явились явно не местные, и стали требовать строительства чего-то несуразного, и приношения человеческих жертв. Ужно на что князь незлобив, да и тот хотел было пришибить волхва, за несуразные требования. Людишек в княжестве и так мало, а тут строй какую-то «пирамиду», да потом последних смердов режь… Глупость какая-то. Спесю крепко дали по шапке, и велели по пьяни новые земли больше не открывать. А то в следующий раз вообще какую-нибудь заразу привезёт, вроде того зверя, прыгающего на задних лапах, и отмахивающегося хвостом. Как его Спесь называл? Кенга какая-то. Шибко ловко та кенга прыгала… До ближайшего болота. А там… Бульк и всё. Нет, прав княже. Нечего нам в энтих иностранщинах делать, народу ещё маловато. Вот станем на ноги, и тогда выберемся из лесов и крепко-накрепко объясним всем оставшимся, чтобы к нам не лезли! И людишек своих в жертву приносить не будем, Ярило-то и так взойдёт. Интересно же ему, что нового на свете, чай живой…
На ближайшем холме ослепительно вспыхнул огненный круг, с клубящейся темнотой внутри. Ивашка с сомнением покосился на мухомор, нет, он же его не ел. Так откуда видения? Из круга вывалился, оглашая окрестности исконно местными заклинаниями, какой-то человек. Это, что ещё за чудо? На предка вроде не похож, даже на иноземного. Ладно, ученик поудобней перехватил нож, и с опаской стал приближаться. Круг тем временем погас, и вываленец встал на ноги. Заметив Ивашку, он обрадовался, и пробормотав что-то вроде, «тип нордический, с явной примесью угоро-финского генотипа», громко произнёс:
— Возрадуйся отрок! Ибо воззрел ты на лико бога светлого, и кали ласка, будешь нарекаться лепшим пророком нового Учителя…
Ивашка деловито осмотрел пришельца и задумчиво протянул:
— Ну ты паря, попа-а-ал. За сманивание чужих учеников вира такая, что мало никому не покажется. Да и пророком я быть не хочу, Спесь гутарит, что их камнями побивают. А мне прошлой зимой Машка, коваля дочь, обычным снежком так зазвездила под глаз, что ясным днём Cтожары увидел.
Человек явно растерялся:
— А год какой на дворе?
— Смотря на чьём. У народа тридцать восьмой со дня князя нового, у волхва.., — Ивашка пожал плечами, — Не помню точно, по какому календарю он сегодня со Спесем с утра напился. Так что сам у князя и спрашивай.
— Э-э-э… — стал менжеваться мужик, — Слушай, зачем нам сразу князь? Давай посидим, разберемся, покушаем. Дорога у меня дальняя была, проголодался я.
— Не балуй! — строго предупредил отрок, и отступил на пару шагов. — Прошлой весной волота нашего, купцы чужеземные тоже накормили. Так он потом с оглоблей два дня дружину по буеракам гонял. Князь потом ему ещё благодарность объявил, за учения, максимально приближенные к боевым.
— А с купцами что стало? — обалдело поинтересовался пришелец.
— Да кто же их сердешных знает. Они же совсем рядом были, когда волот их пилава откушал. Сильно потом пить хотел, и ругался сильно, когда дружинники хотели его от озера с любимыми раками князя отогнать. Ладно ты мне зубы не заговаривай, пошли к князю!

Добавлено (15.03.2011, 00:49)
---------------------------------------------
Во княжеском дворе, попаданец начал с интересом оглядываться, Ивашка же нетерпеливо высматривал своего дядьку, старшего над десятком воев. Во большом дворе, стояла нормальная жизнь. Каждый занимался своим делом, но время от времени ровный шум голосов перекрывали причитания из отдельно стоящей избы, поднятой на бревнах:
Ни спрошу-то я, не спрошусь да
Я цюжова цюженина, да
Я цюжова цюженина, да
Я ни свой хлиб-от кушала, да
Я ни свой хлеб я кушала, да
Ни тибя я ли слушала, да
Не тибя я ли слушала, да
Я и слушала тятеньки, да
Я и слушала тятеньки, да
При последнём-то времицьке, да…

Время от времени слова перекрывались высоким, уверенным голосом:
— Так Дуня, этот сундук сюда подвинь. И румяна хранцузкие подай.
Да прошу я у тятеньки,
Да у родимоей мамушки.
Да у родимоей мамушки
Да благословленья великого.
Да благословленья великого,
Да чиста сердца ретивого.
Да чиста сердца ретивого,
Да ваше-то благословленьице.
Да ваше-то благословленьице
Да очень мило и дорого.

Ивашку дёрнули за рукав, он обернулся:
— Что ещё?
Пришелец остекленевшими глазами уставился на теремок, и Ивашка проследив его взгляд, снисходительно объяснил:
— Не обращай внимания, традиция, однако. Бояны ведь издавна распевают: «Живёт моя зазноба в высоком терему…» А у нас чай не Европа какая-то, традиции чтим.
— А как она и петь успевает, и командовать сразу? Да ещё и голос меняет.
— Тю, диковинку нашёл. Да этих причиталок в каждой избе по три-четыре валика хранится. С тех пор как Эдька из Тмутараканского княжества свой агрегат привёз, «песнехран» называется, так только ленивый им не пользуется. Он всё пытался его как-то по иноземному назвать, «фонограф», что ли, только не прижилось. Ладно не дергайся, вона дядько идёт.
Подошедший дядько кивнул племяшу, и мельком глянув на прогрессора, коротко спросил:
— Ну?
— Дядько, вот к князю привёл. Чудной человек, из огненного круга вывалился. Учить всех собрался. Дозволь пройти.
— Не спеши. Кручина у князя. Привезли ему какие-то свитки из-за моря, ноты называются, что-то там ещё про дипломы говорилось. Так он видно музыкой занялся, кручинится над энтими нотами, мне сказал, чтобы я дружинника послал за Спесем.
—Ой-ой-ой. — запричитал ученик волхва. — Дядько, нескоро мы их увидим. Ты же им третьего добавил.
— Мда-а-а… — задумчиво почесал в затылке десятник, — Значитца треугольник получился, конструкция стойкая. А ежели ещё одного послать?
— Никак нельзя! Это же получится, что ты им ещё одну вершину добавишь. Только уже в пространстве. — Присев на корточки Ивашка быстро сконструировал макет из подобранных палочек и четырёх редек, отобранных из корзины пробегающего мимо кухонного мальчонки.
Грузно опустившись рядом, дядько некоторое время смотрел на получившеюся фигуру, потом задумчиво добавил ещё одну редьку в основание, и недовольно пробасил:
— Тут моего десятка пожалуй не хватит. Опять квадратура круга получится, все же упьются и в основание полягут.
Странный звук прервал конструктивную беседу, и собеседники подняли головы. Прибывший стоял с вытаращенными глазами, и беззвучно открывал и закрывал рот. Наконец-то ему удалось выдавить несколько слов:
— А геометрию Лобачевского не пробовали применить?
— Не знаю никакого Лобачевского, — насупился десятник, — А ежели ты о Лобастом татарине, так он ещё прошлой весной сам убедился, что параллельные прямые не только пересекаются, но и скрещиваются.
— Это ты про Марфушу, что ли? — расхохотался Ивашка, — Как она любила говорить: «Отстань, ты мне глубоко параллелен»? Сколько у них малых-то?
— Уже трое, да и опять она на сносях. Так что Лобастому не до геометрии, только успевай зарабатывать. Хороший сапожник из него получился. Ладненько, пошли к князю, небось он уже наигрался в музыку с дипломом.

Добавлено (15.03.2011, 00:49)
---------------------------------------------
В горницу к князю ввалились втроем. Хозяин сидел за дубовым столом, и вертел в руках какую-то раскрашенную верёвку с узелками. Завидев десятника, он встрепенулся:
— Ну что? Скоро ли Спесь придёт?
— Нет, княже, — смущенно потупился дядько, — С волхвом они, это.., празднуют что-то. Может быть завтра с утречка попробую…
— А-а-а. Понятно, ну ладно, иди служивый. Да скажи там, чтобы валик сменили. С утра слушаю, уже наизусть выучил, скоро сам причитать буду. Так, а вы с чем на мою голову? Что за вести принесли? Впрочем, можете не говорить, ничего хорошего…
Ивашка не удержался, и всё-таки спросил князя о верёвке. Тот хмуро посмотрел, и отбросил её в сторону, как удавку.
— Тьфу на них. Вот с караваном передали, то ли бриты, то ли какие небриты. Скотты натуральные, побери их Велес. Говорят из-за моря прислали, вот и гадай теперь. То ли самому на ней повеситься, то ли Спеся повесить? Говорил же я ему, не лезь в устья, иди наверх по реке. И штукенцию энту от желтолицых подарил, чтобы планы составлял. Компаса называется, а всё равно читаешь его лоции и диву даешься. «На три лаптя правее светила, плыли долго, брага кончалась... Пристали к берегу, кого-то били, потом пили, хмельное дрянное, опять побили, поплыли дальше»
— Так княже, ходил он наверх, — с вежеством поправил владыку Ивашка, — Он же волхву рассказывал…
— Да помню я! — С досадой отмахнулся князь, — А ты хоть помнишь, что он рассказывал потом?
— Да, — неохотно согласился ученик волхва, — Опять пили, били, снова пили. Но судя по его синякам, и заплывшему глазу, народ там крепкий живёт.
— А толку-то. — продолжал жаловаться властитель, — После его путешествий мне вон списки шлют. И все ругательные. Куда бы его отослать лет этак на десять? Вот, ты — обратился он к попаданцу, — Человек новый, может посоветуешь что?
— А вы его в Антарктиду отошлите, пусть там флаг княжеский поставит. На будущее пригодится.
— Эт что такое? — удивились оба аборигена.
— Ну континент такой, земля. Она ещё льдом вся покрыта. — заспешил с объяснениями пришелец. — Там ещё зверюшки живут забавные. Пингвины называются, все черные, а пузо белое, плавают здорово.
Князь и Ивашка грустно переглянулись, и сожалеюче вздохнули:
— Лет пять назад, али более привозил Спесь такую зверюшку. Шибко ругался, обещал что туда больше ни ногой, ни веслом. Жалко зверя, летом от жары помер. Ну ладно, разберемся. У тебя-то что за забота мил-человек?
На глазах у Ивашки, выпаданец разом принял горделивую позу и стал вещать. К середине речи и князь, и ученик начали скучать. А к концу патетического выступления о славных победах, под руководством бога Прогресса, и верного архангела его, в светлом круге появившегося, откровенно зевали.
— Что-нибудь нового услышал? — спросил князь у Ивашки, когда великий архангел наконец-то смолк.
— Ничего реального. — Прикрыл ладонью зевок юноша, — Все отхожие ямы давно забетонированы, и зачем крепость из него строить? Дерево, не в пример лучше будет. Оно же живое. Дамасскую сталь коваль скует, если надо будет. Только возни с ней много. А по остальному… Рыбы в реках и озерах столько, что весной и Спесь на берегу сидит, по реке проплыть невозможно. Решай сам, княже. Только вот, как хромой Петс помер, ямы-то чистить некому…

volvo
Группа: Удаленные
 
это что,про бардак в стране которой никто не рулит?
давай концовку,а то не интерестно,у нас тут свой бардак,хочется чего то хорошего в конце biggrin
Сообщение отредактировал volvo - Вторник, 15.03.2011, 20:09
Имперец
Редакция
Группа: Редколлегия
Сообщений: 292
Награды: 9
Репутация: 267
Статус: Offline
 
Quote (volvo)
давай концовку

А уже всё. Мораль такова: "Кто к нам учить придёт, того мы сами быстро научим". biggrin
Возможно, дальше будет мореплавание tongue
tok73
Редакция
Группа: Редколлегия
Сообщений: 231
Награды: 10
Репутация: 128
Статус: Offline
 
Имперец,
biggrin biggrin biggrin hands thumbup
leray
Группа: Удаленные
 
Имперец, мне понравилось про танк, такое впечатление, что для того, чтобы написать такое, Вы действительно были танком. smile
Имперец
Редакция
Группа: Редколлегия
Сообщений: 292
Награды: 9
Репутация: 267
Статус: Offline
 
Благодарю Вас, leray. Время позднее, и поэтому ещё одну добрую сказочку на ночь:

ЗА ДРУГИ СВОЯ…
Всеслав с огромным трудом поднял голову. От прочных, надёжных дубовых досок голова отрываться не хотела, но надежда на светлое будущее поборола лень. Светлое будущее, слава предкам, было совсем рядом. Дрожащая рука прочно ухватила ручку здоровенной кружки и вот он, рассол… Выхлебав полкружки, Всеслав наконец-то пришёл в согласие с утром, и смог оглядеться.
Под дубом-великаном, где издавна стоял вкопанный стол и пара скамеек, и где, по причине летнего времени, проходили вечерние заседания кружка борцов с алкоголизмом, плавно переходящие в ночные битвы и позднее пробуждение, всё было как обычно. И всё-таки чего-то не хватало. Опустевшая тара, кости обглоданного кабанчика, снова кости, на этот раз игральные, кружки, стройные ряды шибко уставших витязей на траве-мураве, шлем с правой головы… Стоп! А где хозяин данного шлема? Прочно оперевшись о дубовую столешницу, Всеслав приподнялся, и вновь огляделся. Раз, два, три.., много. Нет, Змея не было. Странно, и куда он мог деться? Уж в чём-чём, а в привычке с похмелья шататься где-нибудь, почтенный представитель оборотней замечен не был. Следовательно, он должен быть где-то рядом. Но его нет. Эрго, (как говорил тот латынянин, которого пригласил князь, надеясь чему-нибудь научить дружину. Ага, как же. Сам латынянин быстро научился пить горилку без закуски, и пропал. Женился, бедолага) значит Змиюшка куда-то влип. Как обычно. Так, чем же дело закончилось-то вчера?
Всеслав вновь уселся, и задумчиво отхлебнул рассола. Значит так. В зернь играть прекратили быстро, сразу после того, как головы Горыныча в очередной раз погрызлись между собой. Превращаться в человека Змей, как обычно, отказался, и стал орать (в три горла) похабные частушки. Но тут сотник Сергей (между нами говоря, редкий зверь, когда на службе) удачно наступил ему на хвост, и частушки закончились. Вместо них в воздухе повисли такие слова, от которых испуганно смолк последний соловей. Даром, что разбойник. До кулачков дело не дошло, так как удачно подвернулся волхв. Всеслав поморщился, штатного волхва он не любил. Уж больно тот стремился угнаться за прогрессом. Нет, чтобы по дедовски, привычно сказать слово, а потом подмести, где вражины стояли. А то, таблицы заклинаний, цепочные молнии, даже бедный латынянин, когда трезвый ещё был, от волхва прятался. В общем, волхва хотели по привычке побить. Но так же по привычке ошиблись, и напоили. Последнее, что помнил воин перед тем как дубовая столешница приняла его буйну голову, это Змей и волхв хватающие друг друга за грудки.
Допив живую воду, богатырь (один из трёх, состоящих в дружине) поднялся и потянулся. Кольчуга заскрежетала, изо всех своих железных сил сопротивляясь растяжению, но уцелела. Всеслав, задумчиво оглядел стройные ряды вольготно почивавших на травушке, и безошибочно врезал окованным носком сапога. Новомодный панцыр на широком торсе Ольгерта загудел как барабан, и открывшийся один глаз обратил на Всеслава внимание:
— Пошто буянишь, сотник? Аль дымы увидел? — только эти слова и услышал богатырь. Остальное привычно пропустил мимо ушей.
— Дымов нет. На границе всё спокойно. А скажи воевода, ты Змея не видел? — вой присел на корточки чтобы лучше слышать. Воевода проникся, и даже попытался открыть второй глаз. Потом решил слишком не рисковать, но ответил на удивление мирно:
— Ночью он с волхвом шибко лаялся, а потом они выпили мировую, и куда-то вдвоем ушли. А беда-то какая? Хай гуляют, пока молодые.
— Да Змей шелом свой оставил, похоже, что с правой головы.
Воевода рывком сел, это было действительно странно. Пусть в дружине был и не дракон, как у богатых и заносчивых киян, но справу воинскую ихний Змей никогда не бросал где попало. Всё было за Змеем Горынычем, и хорошее, и плохое. Второго даже поболе, молодой ещё, зелёный. Но воин был справный, и когда подступившие прошлой зимой степняки, напустили на детинец целую тучу желтомордых тварей, дико визжащих всякую непотребщину, Змей сражался за десятерых.
— Хм-м-м, непорядок. Как думаешь, всех поднимать?
Всеслав задумался, шуметь совсем не хотелось. Хотелось похмелиться, и полежать в тенёчке.
— Нет, дядько. Пойду к волхву схожу, а там решим. Может быть Змеюшка по чистке кольчуг просто соскучился.
— Ну дык, дело-то привычное. — С облегчением Ольгерт вновь завалился на лужайку, — И не в службу, отправь кого-нибудь из молодых за рассолом. Совсем старый стал, всё время засыпаю от бочонка вдалеке.

Имперец
Редакция
Группа: Редколлегия
Сообщений: 292
Награды: 9
Репутация: 267
Статус: Offline
 
К своему большему удивлению Змея в жилище волхва Всеслав не нашёл. Впрочем, хозяина тоже. Сняв шелом и почесав буйну голову, воин решительно направился к тайной поляне, где волхв обычно занимался своими опытами. Искомый кудесник был там. Сидя на здоровенном пне, оставшимся после неудачного опыта, он задумчиво вертел в руках какую-то чёрную фиговину. Завидев богатыря, было дернулся, но потом обреченно махнул рукой, и остался сидеть. Сердце тревожно заныло.
— И где Змей Горыныч? — Всеслав был груб и намеренно не стал желать здравия. А то неувязочка может получиться. Пожелаешь кому-нибудь здравия по вежеству, а потом приходиться лишать, и здравия, и живота.
Волхв замялся:
— Да ты понимаешь, поспорили мы с ним. И крепко же поспорили…
— Ты не юли. Говори прямо, где сейчас друг мой пребывает?
— Не знаю. — понурился кудесник, и стал упорно рассматривать траву. Всеслав покосился на траву и засопел. В давно нестриженую голову представителя магов сразу пришло понимание, что его сейчас будут бить. Причём болезненно. Поэтому он решительно схватился за свою фиговину. И что-то там надавил. Чёрная штука немедленно отозвалась человеческим голосом, да так неожиданно, что богатырь невольно замер.
— Ну и какого … тебе надо? Я же сказал, что ты лимит исчерпал.
— Да оплачу я, — взмолился волхв, обращаясь к своей штуковине, — Слушай, посмотри трассировку последнего трафика…
— Ой, ей-ей. — издевательски ответила фиговина, — Это когда ты ночью, в вырожденный мир объект под сотню кэгэ закинул? Ну ты брат, влетел, причём по полной. Знаешь, сколько это стоит?
— Ай. — бедняга даже выронил свою хреновину, и уставился на неё как на гадюку.
Богатырю вдруг страшно надоели все эти колдовские штучки, и он широко замахнулся. Впрочем, инстинкт самосохранения маг не потерял, и даже смог увернуться от нарочито замедленного удара. Богатырь честно предупредил:
— Второй раз не увернешься. Говори, где товарищ мой воинский! А не то, князь будет спрашивать.
— Живой он. — мрачно ответил представитель местной интеллегенции, подумал, и добавил: — Только не здесь, а в другом мире.
— Это я понял. — Всеслав присел на пенёк, и вопросительно взглянул на колдуна: — Только вот не понял, какой такой мир. Как его, «вырожденный»?
Волхв скривился как от зубной боли:
— Колдовать там нельзя, магии совсем не осталось. А я, хучь убей, не помню в каком облике я его отправил.
— А что тут такого? — искренне удивился богатырь, — Лучше бы конечно, в его настоящем. Ведь хоть почти дракон, но не из последних, отмахается в случае чего.
— Да нет в том мире драконов! — взвыл кудесник
— Мда-а… — протянул воин, потрясенный до глубины души отсталостью неведомого мира, потом почесал шлем (снимать было лень), и коротко заявил: — Давай, заводи свою катавасию.
— Как-ую, катавасию? — недоуменно возрился волхв.
— Какой ты Змеюшку отправил. — с сожалением посмотрел Всеслав на непонятливого, и пояснил: — Товарища завсегда выручать надоть. На том стояла и стоять будет дружина наша!
— Не могу я! — взмолился несчастный, и попытался ногой запихнуть свою чернотень, в расщелину пня. Но богатырь оказался быстрее. Схватив штуковину, он с удивлением обнаружил её вкрадчивую гладкость, и ненашесть этого механизма. Он был неживой. Не чувствовалась ласковая теплота древесины, или холодное спокойствие железа. Даже поющие раковины, привезенные из-за дальних лесов, радовали глаз своей радужностью, и нежили ладонь хрупкостью. А это.., леденило руку, и жадно выпивало человеческое тепло. Это было Чужое. Брезгливо отбросив чёрную штуковину, богатырь вытер ладонь травой и спокойно пообещал:
— Зашибу.
Нервно вздрогнув, волхв схватил своё сокровище, и торопливо забубнил:
— Я всё оплачу… Ну в последний разок… Да нет, около сотни… Ну согласен на двойной тариф… Только мнемокоррекцию не забудь… Согласен, согласен… Хорошо, пусть тройной тариф, трассировку не забудь… Без ножа режешь… Хоп.
Подняв голову, он продолжил:
— Ты, Всеслав не удивляйся. Я договорился, только вот обратно… Постарайся найти место, где.., в общем вот тебе талисманчик, как кольнет, значить нашёл. А там, как уж повезёт.
Всеслав задумчиво покачал на руке кошель, отстёгнутый от пояса:
— Тебе, может быть, гривен подкинуть? Кажется, тебя обдирать собираются?
— Оставь себе, они тебе очень будут нужны. Только не удивляйся, впрочем мнемокор тебе сделают, так что всё сам поймёшь. Желаю тебе удачи, ох, как она тебе будет нужна…
Имперец
Редакция
Группа: Редколлегия
Сообщений: 292
Награды: 9
Репутация: 267
Статус: Offline
 
Удивиться дружинник не успел, мягкой лапой его схватило Ничто, и увлекло за собой. Очнулся Всеслав в лесу. Впрочем… На лес это походило так же, как палка на меч. Редкие березки стояли как на смотре у князя, а на земле, лежали какие-то чёрные тропинки. «Асфальтовые» всплыла подсказка. Воин сплюнул, и оглядел себя. Куда-то исчезла кольчуга, и меч. Уютная сорочка сменилась на жёсткую и колючую рубашку, а шаровары, шириной с речку в разливе, стали какими-то «джинсами». Тьфу, дерюга – дерюгой, даром что крашенная. Только сапоги, остались сапогами, но и тут постарался неведомый мнемокор, добраться бы до него. Несуразно высокий каблук. Застёжки, невесть что застегивающие. «Молния» какая-то. Ну совсем на блесницу не похоже. Ладно, ходить в них можно, пора и за дело браться. Как же тут Змеюшку искать? Знания хлынули в голову с таким напором, что богатырь невольно схватился за виски, опасаясь, что она лопнет. Разве так можно?!
Бронислава Ершова с увлечением раскладывала пасьянс. Сегодня был удачный день и «Могила Наполеона» должна была сойтись. В дверь постучали, и отработанным движением, Броня, как называл её отец, подполковник милиции, вызвала на экран экселевскую таблицу.
— Войдите.
Дверь отворилась, и в комнату с трудом протиснувшись вошёл… Ой, мамочка, да таких не бывает!! В комнату вошёл волот. Такого размаха плеч, Бронислава не видела даже в фильмах, а соломенные кудри, а глаза, ах не видно, какого цвета. Ой, девичье сердечко бешено заколотилось, а вдруг… Волот тем временем, огляделся, и украдкой покосившись на аляпово-кричащие краски рекламной газеты, густым басом спросил:
— Девочка, а где здесь частный детектив Б. Ершов?
«Ах, так?!!!». Бронислава небрежно щелкнула «мышью» переключая страницу, и лениво протянула:
— Я вас внимательно слушаю. Что вы хотели?
Парень, уже не скрываясь, внимательно изучил газету, потом скептически взглянул на девушку:
— Здесь написано «Б. Ершов».
— В газете опечатка, — Броня начала злиться, — вам лицензию показать?
— Не надо, — волот вздохнул, и с надеждой посмотрел на стул.
— Садитесь пожалуйста. — Бронислава стала вежлива, и убийственно холодна. — Если вас устроят расценки, то я постараюсь найти время в своём рабочем расписании.
Хлипкое на вид пластиковое изделие из областного центра предсмертно заскрипело, но как ни удивительно, сразу не развалилось. Всеслав не стал рисковать, и постарался меньше шевелится. Пигалица доверия не внушала, но остальные «дефективы» дружно отказывались, и потихоньку юношу охватывало злое отчаяние. Таинственный «Б. Ершов» оказался совсем юной девчонкой, и что теперь делать? Ничего, кроме как рассказать о пропаже, не оставалось. Побегав по городу, Всеслав понял, что Змея сюда перекинуло в человеческом облике, потому что явление трёхглавого дракона вызвало бы здесь такой шум, что найти бы его труда не составило. Обращаться в учреждения богатырю сильно не хотелось, уж больно ему не понравились местные стражи. Какие-то хлипкие, таких князь бы и конюхами не взял бы. Как можно порядок охранять с такой комплекцией, совершенно непонятно. Да и вообще народ какой-то мелковатый, вот что значит — «вырожденный мир».
Имперец
Редакция
Группа: Редколлегия
Сообщений: 292
Награды: 9
Репутация: 267
Статус: Offline
 
Слово за словом, но Бронислава поняла, что от неё хотят. Нужно было найти какого-то друга этого чурбана. Нет, вы на него посмотрите! Полчаса распинается о Змиеве, и даже ни разу не попробовал заглянуть в вырез блузки. Зря она что ли сегодня такой комплектик одела?! «Ой, а вдруг он нетрадиционной ориентации?» Она выпорхнула из-за стола, налить кофе, и с искренним облегчением почувствовала на своих ножках украдкой брошенный взгляд. «Какие глупости! О работе надо думать! А не об этом бревне с глазами! Кстати, серого цвета…» «Нескафе» клиент выпил одним глотком, и несколько минут сидел с отсутствующим видом, стараясь отдышаться. Впрочем, договор он подписал безропотно, и аванс выплатил сразу, причём в долларах, небрежно достав из джинсов толстенный «лопатник». Решительно выключив компьютер, и забыв о «Могиле Наполеона» Бронислава стала торопиться. До окончания работы информационного центра милиции оставалось мало времени, а пароль отец не говорил категорически. «Для розыска собачек и кошечек он тебе не нужен», ну ничего сегодня она ему это припомнит! Ускользнув, «попудрить носик», Броня по возвращению, обнаружила клиента рассматривающего постер с «Блестящими». Обломки стула лежали в углу комнаты. Перехватив её взгляд, волот покраснел, и потянулся за портмоне.
— Это мелочи. Потом расплатитесь, сразу за все. Ну как, нравятся красотки?
Ответ был неожиданный, и даже заставил Ершову на мгновение замереть.
— Нет. Они неживые.
— Так откуда я тебе, ой извините, вам, живых поп-звезд в нашем городке возьму?! — совершенно искренне возмутилась Броня.
Парень не обратил внимания на её специальную оговорку, и терпеливо, как ребёнку, объяснил:
— Что такое фотография, я знаю. Не в этом дело. Вот вы живая, маленькая, шустрая, как лисёнка. Но про вас, боян сможет спеть, что «стройная как ивушка». А они.., они худые как засохший сорняк. Нет в них жизни, жадность есть, смазливость тоже. А вот жизни-то как раз и нет.
Девушка почувствовала, как кровь приливает к щекам. «Лисёнка», с какой лаской и теплотой произнёс это слово, грубый, противный чурбан!
Захлопнув дверь частный детектив зацокал каблучками по фальшивому мрамору коридора. Немного позади, даже в своих понтовых ковбойских сапожках бесшумно спешил Всеслав Плотников, так по крайней мере он расписался в договоре. Бронислава даже несколько раз обернулась, не потерялся ли он в коридорах бывшего дома культуры? И вдруг она поняла, нет, такой никогда не потеряется. Если только она сама не прогонит.
В просторном и сияющем зеркалами вестибюле на Брониславу было чуть не «наехали» гопники, ожидающие открытия какой-то лавочки, приторговывающей просроченным, но импортным, пивом. Впрочем, Всеслав быстро встал перед девушкой, и молча обвел взглядом разудалую компанию. Веселье мгновенно смолкло. Старательно глядя себе под ноги, все эти «крутые» быстро расступились, освобождая проход. Так, поджав хвосты, расползаются шавки под внимательным и холодным взглядом алабая. Видела Бронислава такого пса, у отцова друга был, привезённый из далеких мест, где дядя Сережа был «по делам службы».
В ярко-розовый «Пежо-406» Всеслав втиснулся с огромным трудом, и вновь девушка подумала о том, какой же он большой. И какой же он ненашенский. Как гранитный утёс, возникший в незапамятные времена, стоит на берегу реки, и его видишь но не чувствуешь. Он вне времени, вне пространства, он — вечен. Так и этот клиент, не по-человечески спокоен, и не по-современному надежён. «Он? Или снова ошибка?» Впрочем, глаза боятся, а руки делают. Хотя, в этой вечной, как человечество игре, делали своё дело совсем не руки. Руки привычно повернули ключ в замке зажигания, и схватили «баранку». Перекосившийся «Пежик» тем не менее, бодро рванул с места, и заколесил в направлении ГРОВД города.
Всеслав старательно глядел в боковое окно, но всё равно… Слишком игрушечная была машинка, слишком в ней было тесно, и вместо старого друга, в мыслях парня всё уверенней и уверенней чувствовала себя эта пигалица. Хотя, нет, не пигалица. Маленькая, юркая, и ужасно любопытная, не боящаяся по малолетству никого, лисёнка. Хитрющая лисичка, пробующая своими коготочками его сердце. «Да как же её обнять?» — коварно вползла грешная мысль, «Она же сломается!» Ярче стоп-сигнала вспыхнули щёки парня, но махонькая по-идиотски покрашенная машина уже затормозила возле белого плоского, несмотря на три этажа, здания.
— Так! Будь в машине. Я быстро! — уверенно скомандовала лисичка, выскальзывая из «Пежика».
— Я лучше выйду, рядом постою. — смущенно пробасил Всеслав, открывая дверцу, — Уж больно в ней тесно.
Главный форум города Мозыря, Гомельская область. Беларусь. » Болталка » Литературный закуток » Литературным дарованиям нашего города (Раскрываем в себе таланты в литературе)
Страница 4 из 12«1234561112»
Поиск: